Часть I.
О вере раскольнической
В начале первый плод раскольнического сада, рассмотрим веру их,
юже они украшают извне ложными своими словесы,
пред невежествующими простолюдинами сказующе, яко их вера правая,
их вера старая, и только-то и веры истинной, что в Брынских скитах: а во градах в церквах, во Архиереех и во иереях несть правой веры, переменили веру, исказили веру, новая настала вера.
Розыщем убо сие двое:
I.
Есть ли их вера правая вера?
II.
Есть ли их вера старая вера?
Статия первая.
Есть ли их вера правая вера?
Приступая к первому розыску Брынской веры: есть ли их вера, правая вера?
В начале полагаю вопрос:
Глава 1. Что есть вера?
Да соберутся вси раскольнические учители, от Брыни тайно к вам приходящие, ихже вы в подпольях ваших хороните, и да отвещают на сей вопрос:
Что есть вера?
Вем, яко кождо речет: Вера есть, еже веровати во единого в Троице Святой славимого Бога, Отца и Сына и Святого Духа, якоже в Символе написано, содержится: Верую во единого Бога, и прочая.
Добре исповедание веры,
усты произносимое, глаголете: еже бо сердцем веруется в правду (по Апостолу), то усты исповедуется во спасение; но аз не о сем вопрошаю, в кого и како веруете, веруете ли во единого Бога?
Яв бо есть, яко все крещением святым просвещенные, веруем во единого в Троице Бога; но о сем вопрос полагаю: что есть вера?
О едином токмо словеси (имени) сем вопрошаю, Вера: кое разумение словеси сего?
по чесому вера именуется верою?
Вем, яко не отвещаете, ни бо знаете: веры учите, а что есть вера, не весте: самого бо речения того, Вера, истолковати не умеете.
Научитеся убо от святого Апостола Павла, в послании к Евреям, в главе II, в стихе в первом глаголющего сице: есть вера уповаемых извещение, вещей обличение невидимых.
Которые Апостольские словеса святой Иоанн Дамаскин читает сице: есть вера надеемых ипостась (состав), вещей обличение невидимых.
А Златоуст святой глаголет сице: вера убо есть взор безвестных, в тоежде видимым приводит извещение невидимая.
Разумеете ли силу словес сих, о Брыняне?
Внятно ли вам сие, яко вера есть извещение, или (по Дамаскину), ипостась вещей невидимых?
Аще не разумеете, слышите убо краткое, но ясное толкование Богословцев, глаголющих сице: что есть вера, разве веровати, чесого не видиши?
Се толкование словеси (имени) сего, Вера: веровати то, чесого не видиши; того бо ради и нарицается верою вера, яко верует то, чесого не видит.
Еще ли кому не внятно?
да слышит убо пространного изъяснения сицеваго.
Глава 2.
Вера есть то, чесого очи не видят, ни руце осязают
Вера есть то, чесого очи твои плотские не видят, ни руце твои осязают, сердце же твое, ум твой несомненно в себе утверждает, яко тако есть, а не инако: то Вера.
Не видим Бога, Бога бо никтоже виде нигдеже, глаголет Иоанн Богослов, несомненно же веруем быти Бога: то Вера.
Не видим Троических лиц в едином Божестве, ниже достизаем, како есть Троица во единице, и единица в Троице, веруем же несомненно быти в Троице единого Бога: то Вера.
Не видехом,
ниже постизаем умом нашим воплощения и рождества Христова,
како во утробе девической Бог Слово плоть бысть,
и како родися нетленно, сохранив пречистую Свою Матерь пред рождеством Деву, в рождестве Деву, и по рождестве Деву, веруем же тако несомненно быти: то Вера.
Не видехом, ни видим очима плотскими двух естеств раздельных, Божиего и человеческого, во едином нераздельном лице Христовом, несомненно же тако быти веруем: то Вера.
Не видим Спасителя нашего; на небеси прославленною плотию на престоле Божественном в неприступной славе седяща, Отцу же Своему и Святому Духу сцарствующа, а веруем несомненно тако быти: то Вера.
Не видим плотскими очима Бога нашего, везде сущаго, нам выну присутствующего, веруем же тако быти: то Вера.
Не видим Духа Святого во святом крещении, и в прочих церковных таинствах сходящаго, веруем же, яко сходит Дух Святый, и вся таинства Он совершает: то Вера.
В пречистых Христовых Тайнах,
под видом видимого хлеба не видим истого человеческого тела Христова,
и под видом зримого вина,
не видим истыя Его человеческия крове,
веруем же, яко воистинну есть истинное тело Христово, видом и вкусом хлебным прикровенное; и истинная есть кровь Христова, видом и вкусом вина прикровенная: то Вера.
Еще же приложим и сие:
Не видим плотскими нашима очима пресвятой Владычицы нашея Богородицы,
на небеси Сыну своему и Богу сцарствующия, и о нас грешных рабах своих ходатайствующая, веруем же, яко сцарствует Христу, и о нас ходатайствует: то Вера.
Не видим Святых угодников Божиих, горе в торжествующей церкви престолу Божию предстоящих, и о нас к Богу молящихся, веруем же, яко предстоять и молятся: то Вера.
Не видим кождо нас святого Ангела хранителя своего, веруем же, яко при коемждо нас Ангел хранитель, от крещения данный обретается: то Вера.
Не видим венцов славы Небесной,
любящим Бога уготованных, ниже видим уготованных грешникам некающимся мук адских, лютых, вечных, веруем же, яко будет воздаяние доброе добрым, злое злым, комуждо по делам: то Вера.
Не видим мертвых от гробов восстающих, веруем же и чаем быти воскресению мертвых в последний день: то Вера.
И да вкратце реку: Вера есть то, чесого не видим, веруем же несомненно.
Вера есть извещение вещей невидимых.
Глава 3.
Все, еже очи видят, и руце осязают, несть вера
Сопротивно же.
Все, еже очи наши видят, и еже руце наши осязают, несть се вера, но вещество зримое, осязаемое, якоже и Апостол глаголет: упование видимое несть упованье; еже бо видит кто, что и уповает?
А яко видимая и осязаемая не суть вера,
но вещество суть, яве творится и отсюду, глаголет Апостол: видим ныне (Бога) якоже зерцалом в гадании, тогда же лицем к лицу: ныне разумею от части, тогда же познаю якоже и познан бых.
Ныне же пребывают Вера, Надежда, Любы, три сия: болъши же сих Любы.
Внемлите, больши Веры и Надежды Любовь. Для чего больши?
Для того, яко любы (по словеси тогож Апостола) никогда же отпадает.
Внемлите словеси сему: никогда же отпадает любовь, никогда же престанет любити любовь.
Вера убо с надеждею престанет ли когда? Престанет всячески.
Разумейте яже глаголю:
донележе на земли есмы в живых,
донележе не зрим лицем к лицу Бога, донележе не видим, и не прияхом уготованных на небеси благ любящим Бога, ихже око не виде; дотоль токмо в нас пребывает вера и надежда, до времени.
Веруем, яко в будущей жизни узрим Бога, веруем же дотоль, донележе Его узрим.
Надеемся получити небесная благая; надеемся же дотоль, донележе та получим.
До времени убо вера и надежда, дóндеже очима узрим Веруемого, дóндеже получим надеемое; а любовь во веки никогда же отпадает.
Егда бо сподобимся быти в царствии небесном (аще кого Бог сподобит), и узрим тамо Бога, тогда престанет быти вера: понеже уже лицем к лицу узрим Того, егоже веровахом.
Престанет быти и надежда, понеже уже то будем имети в руках, в самом получении чесого надеялися.
А любовь никогда же престанет; ибо во веки тамо имамы любити Бога и Святых Его, и друг друга.
Емлете ли веру глаголемым мною? Мню, яко не емлете.
Имите убо веру не мне, но святому Иоанну Златоустому, глаголющему сице: вера убо и надежда, верованным и надеемым пришедшим благим, престает.
И сие являя Павел глаголаше: упование видимое несть упованье, еже бо видит кто, что и уповает?
и паки: есть вера уповаемых состав (основание), вещей изобличение невидимых.
Темже сия убо престанут явльшимся оным: любовь же тогда наипаче вземлется, и бывает зельнейша. До зде Златоуст.
Се и от Святого Златоустого яве показуется, яко вера и надежда в будущей жизни, яже в небесном царствии, престанут; едина токмо любы останет неотпадающая во веки.
Чесо же ради вера и надежда престанут?
Того ради, яко то, еже ныне веруем, тамо очима узрим; и чесого ныне надеемся, тамо то получим.
Нам же от преждереченного писания Апостольского, и от толкования Златоустова, яве извествуется, яко то токмо вера есть, еже очима не видится, а сердцем веруется: вера извещение вещей невидимых. Все же,
еже очима зрится, и руками осязается, несть вера,
но вещество видимое, осязаемое,
и всяк веруяй в вещество видимое, осязаемое,
не имать правой Христианской веры,
ниже имать части с верными, но часть его со идолопоклонники; тии бо в вещество зримое и осязаемое верили, и дело рук своих боготворили, и веществу зримому и осязаемому аки Богу поклонялись.
Зде приступим к розыску первой статии.
Глава 4.
Вера раскольническая в веществах зримых и осязаемых
Вера раскольническая есть ли правая вера?
Исповедуют учители Брынскии веру во единого Бога, а в веществе зримом и осязаемом Божества ищут, и в веществах зримых и осязаемых веру свою полагают.
Старая Икона, то их вера.
Осмоконечный Крест, то их вера.
Седмь Просфор в литургисании, то их вера.
Старые Книги, то их вера.
Сложение Перстов по их нраву, то их вера.
О пребезумнии, слепии, заблуждшии, черняе сажи умом вашим потемненные!
Еда ли икона есть Бог?
еда ли число рогов крестных есть Бог?
еда ли число просфор есть Бог?
еда ли ветхость книжная есть Бог?
еда ли сложение перстов ваших есть Бог?
Свята икона честная, но несть Бог.
Свят крест честный, но несть Бог.
Святы просфоры, крестною печатию знаменанныя, но не суть боги.
Честны суть книги Святого Писания, но не суть боги.
Честны суть и персты ко изображению креста, коим либо образом слагающиеся, но не суть боги.
Все то вещество зримое, осязаемое, а не боги.
А понеже, не боги: убо ни вера.
Разве речеши предания отеческая, велящая верным почитати честно святые вещи, а не самая вера, ейже не иный предлог предлежит, токмо един невидимый Бог.
А в вас елико старых икон, елико осмоконечных крестов, и елико прочих зримых и осязаемых, в няже веруете, веществе, столько богов и вер.
И уже не в Бозе невидимом веру и надежду спасения вашего полагаете, но в веществах зримых и осязаемых; и вотще вы, о Брыняне!
во исповедании веры глаголете: верую во единого Бога.
Надлежит вам глаголати: верую не во единого, но во многия боги: в ветхия иконы, во осмоконечные кресты, в седмерицу просфор, в старые книги и в сложение перстов по Брынскому нраву.
Но и в том множестве видимых и осязаемых веществ подлинной веры своей не обретаете: сами бо во своей вере не емлете веры, состязающеся, препирающеся, тако ли или инако?
И уже суть нецыи в вас, иже не токмо новым иконам, но ниже ветхим хотят покланятися, ниже знамение крестное на себе полагати, мудрствующе безумно, и сами с собою не согласующее.
Инь бо учит сице, ин же сице: а вси не ведят како, и во что веруют, и чесого поучают.
О таковых – то рече Апостол: погрешивше, уклонишася в суесловие: хотяще быти законоучители, не разумеюще ни яже глаголют, ни яже утверждают.
Како бо и разумети могут, не ведуще Писания, ни силы его?
Аще кто и читает, но недоумеет, и толкует, но неправо.
Человеку бо неучену сущу,
и светом разума книжного непросвещену,
неудобно есть постигати глубину Писания Святого,
и толковати недоведомые того тайны, на то токмо уповающему, яко черное по белом знает, и по книгам бродит: Писания же Святого тайны столько видит, сколько слепой видит лучи солнечные.
Се, о возлюбленнии, разломихом рассуждением первый плод Брынского сада, веру их ищуще, аще есть та права?
И обретохом ю извне лжесловесными льщении своими красящуюся,
аки баба пишущая лице свое, внутрь же есть,
яко прежде помянутое, в беседах Златоустовых описанное Содомское яблоко, еже извне красно является, внутрь же праха и пепела смрадного исполнено: и яко гроб поваплен, внутрь полн костей смердящих.
Да окончится убо сей первой статии розыск ясным доводом сицевым:
Всяк не во единого невидимого Бога, но во многая видимая и осязаемая вещества веруяй, неправо верует.
А понеже раскольники не во единого невидимого Бога,
но во многая видимая и осязаемая вещества: в ветхия иконы, во осмоконечные кресты, в число просфорное, в старые книги, в сложение по их нраву перстов, веруют;
Убо вера их несть правая вера, но кривая, в веществах видимых и осязаемых Божества ищущая.
Зде противу изъявленной раскольнической неправости веры, да предложится вкратце истинная правость Святой нашей непорочной православной Веры.