Похвальное слово, сказанное святому собору Епифанием, диаконом церкви катанской, что в Сицилии, и местоблюстителем Фомы, архиепископа острова Сардинии
Восприяв Духа Божественного, весьма ясно предвидя совершенное Христом искупление языков и не оставаясь в неведении относительно того, какое множество человеков имеет получить чрез Него спасение, пророк Исаия как бы от лица Божия предвозвестил удостаивающимся жребия надзирать за священными овчарнями следующее: Моими дверями входите и ведите народ Мой и отбрасывайте камни с пути (Ис. 62, 10). Какие разумеются тут двери, если не богодухновенное писание и слова святых пророков? Изъясняя то и другое, пастыри разумных овец отворяют как бы двери пред их умственным взором и приводят их к широкой и истинной двери, то есть, к Господу нашему Иисусу Христу, Который истинно соделался для нас дверию ко Отцу, как Сам Он говорит: Аз есмь дверь (Иоанн. 10, 9). Далее камни, набросанные на дорогу, суть конечно соблазны еретического злоумышления, которые, как бы какие камни, набросанные на дорогу нашей веры, силятся, сколько возможно, нечестиво воспрепятствовать желающим поспешить ко Христу, Который есть истинный путь, и торопятся запереть им путь ко спасению. И опять: под словом путь здесь несомненно разумеется Господь наш Иисус Христос, как Сам Он сказал: Аз есмь путь (Иоанн. 14, 6). Итак опытнейшие из иереев весьма мудро и искусно, под руководством Духа, очистив путь наш, т. е. разумение веры, от еретических соблазнов, как бы от каких камней, не только обращают их на головы тех, которые набросали их, но и облегчают и сглаживают таким образом вверенным им народам путь, ведущий к жизни, так что все могут это понять и сказать: Душа наша яко птица избавися от сети ловящих: сет сокрушися, и мы избавлени быхом. Помощь наша во имя Господа (Псал. 123, 7 и 8). Итак вот, следуя Господним заповедям, собрался божественный собор священных иереев, для изъяснения и формулирования, на основании отеческого учения, досточтимого таинства домостроительства Христова. Это не значит, чтобы это самое таинство они провозгласили народу в первый раз. Почти за восемьсот лет ранее оно было уже провозглашено во всем мире. Они же чрез разъяснения божественного писания только представили как можно яснее приведенный Христом в исполнение совет (Божий) о спасении (рода человеческого), а еретиков сочли пораженными Самим Духом Отчим. Они знают пророческое изречение, которое как бы от лица Божия провозглашает им об этом, говоря: слушайте священники и заповедуйте дому израилеву (Амос. 3, 13), без сомнения духовному. Соглашаясь с ними и мысля точно также, мы сорадуемся атому торжествующему хору и по душевному желанию двигая пером стараемся сделать для него возможное, ознаменовать настоящее время приличными словами, увенчать настоящее зрелище цветами похвал; потому что нет никакого препятствия к этому. Конечно достигнуть этой цели вполне мы, можем быть, будем не в состоянии по причине скудости и слабости ума своего; но то, что́ нам доступно, мы поспешим сделать. Часто и малый камешек принимает вид, что способствует устойчивости сложенным вместе большим камням. Но какова бы ни была наша речь, – она должна быть высказана во всеуслышание; и вы имеете рассмотреть ее с великою благосклонностию и одобрить руководясь богодухновенным писанием. О священнейшее стояние! восстановите снова и спасите человека, созданного по образу Божию, и постарайтесь возвратить ему первоначальную его красоту, которую он потерял по нерадению; о чем весьма обстоятельно излагается в заповедях закона, в повествованиях о людях поступавших по обыкновению то хорошо, то худо, в священных изречениях псалмов и в притчах, излагающих нам нравственную философию. Но невозможно было нашей природе, легко подпавшей греху, возвратить себе прежнее достоинство, которого она лишилась в Адаме. Понятно, она имела нужду в иной более могущественной и непобедимой силе, которая бы исцелила ее от немощи и от язв и вместе с большею свободою возвратила бы ей более здравое состояние. Подвигнутый Духом божественным лик пророков, зная это, в разных местах и в разнообразных видах предвозвестил ей столь великие блага; так как каждый из пророков в свое время предсказывал, что, по богатству благости Своей, совечный и единосущный Богу Отцу Сын и Слово снизойдет к нашей крайности, восприимет наше естество и силою невидимого и невещественного огня Своего Божества возвратит ему прежнее его состояние. Так иной предсказывал неискусобрачное зачатие и непорочное рождение от Девы, иной совершенное изгнание князя мира сего и ослабление обдержавшей нас греховности и диавольского обольщения. Иной предсказывал окончательное падение того же сатаны и демонов, соделавшихся вместе с ним отступниками, пред лицом имеющего явиться Бога и что мы, искупленные, должны будем возносить особенное благодарение нашему Искупителю за те щедрыя блага, которые излиты на нас. Иной предсказывал о добровольном страдании воплотивгаогося Бога, о сошествии Его во ад и о могущественном возвращении Его оттуда вместе с душами, содержащимися там во узах, от которых они никак не могли освободиться. Иной же предсказывал о преславном восшествии Его от нас к Отцу небесному и сидении Его одесную Отца, а иной о пришествии св. Духа с неба и о сошествии Его к нам, искренно уверовавшим в Него, а также о быстром распространении евангельской проповеди между всеми народами и о совершенном уничтожении повсюду во вселенной идолов вследствие чистосердечного обращения язычников к одному и единому истинному Богу нашему; так как по всей вселенной нами разумно и духовно приносится Ему служение, которое будет совершаться непрестанно и вечно. Все это поистине исполнилось в свое время и достигло своего преславного конца. Итак послушай Павла, который, подтверждая справедливость этого, громогласно восклицает: Бог явися во плоти, оправдася в Дусе, показася ателом, проповедан бысть во языцех, веровася в мире, вознесеся во славе (1Тим. 3, 16). О! это проповедь великого учителя! Бог, говорит он, явился во плоти: это – причина всех благ; это – преизбыточествующий дар, преизобильное богатство, неиссякаемый источник благодеяний, пища алчущим, животворный хлеб небесный, постоянный источник для жаждущих, и кто из него будет пить, не будет жаждать во век. Вот с чем Он явился во плоти, но Он, говорит Павел, и принят был в мире с верою. Скажи, блаженный Павел, как уверовали в него в мире; напой и нас теми неизреченными глаголы, которыми ты был напоен сам в сокровенных обителях райских. Напой и ныне тою проповедию, которую ты проповедовал во всех языцех, апостолом которых ты считаешься. Влей в нынешнюю церковь слово истины и ослепи духовные очи еретиков, как некогда (ослепил) волхва (Деян. 13, 8–12); изложи с таким же дерзновением таинство домостроительства. По смерти ты говоришь еще красноречивее и духом совершаешь все, что́ хочешь. Учитель этот говорит еще: Мне меншему всех святых дана бысть благодать сия, во языцех благовестити неизследованное богатство Христово, и просветити всех (и научити), что есть смотрение тайны сокровенные от веков в Бозе, создавшем всяческая (Ефее. 3, 8, 9). Потому слушайте: веровася, сказал он, в мире, примирив всяческая в себе, умиротворив кровию креста Его аще земная, аще ли небесная (Колосс. 1, 20). О какая это возвышенная проповедь! О что это за неизглаголанное милосердие! Единородный Сын все умиротворил кровию креста Своего. Каким образом, после такого несказаняого умиротворения, некоторые утверждают, будто мы принадлежим еще прежним коварным врагам? Каким образом после того, как утвердилось познание одного и единого истинного Бога, они дерзают говорить, будто христиане почитают идолов? Особенно это странно, когда пророк возглашает о совершенном уничтожении их и говорит: в оный день явится Господь и истребит богов языческих на земле: и будет благоговейно чтить Его всякий с места своего, все острова языческие (Зах. 13, 14). Вот мы слышим, что идолы низвергнуты и что каждый должен на своем месте совершать поклонение Богу. Итак каким же образом нас, поступающих по сему, обвиняют в приверженности к идолослужению? Но кто же мог бы возобновить на земле древнее идольское заблуждение? Если могут сделать это нечестивейшие демоны, которым оно приятно; то каким образом не может расстроиться все таинство домостроительства, когда Священное писание взывает, что Господь порази враги Своя вспять (Псал. 77, 66), и присовокупляет, что Христос поношение вечное даде им (ст. 66)? Кто может еще что-нибудь делать, тот без сомнения мыслится не среди мертвых, но среди ж вых. Каким также образом были бы истинны слова Господа, сказанные Им ученикам Своим, когда Он ободрял их и убеждал переносит всяческие и всевозможные трудности? Он сказал: дерзайте, яко Аз победих мир (Иоан. 16, 33). Если демоны имели силу снова отвоевать то, что Христос, по Своему обещанию, победил; так это уже не победа и не может быть причислена к доблестным подвигам. Что это за победа, если освободитель в конце концов не достигает никакой выгоды, но преследуется подобными же нападениями со стороны побежденных и даже не подобными, а более сильными нападениями? Ведь если бы я чем либо обладал и лишился этого, так этим гораздо более обличалась бы моя слабость, чем если бы я вовсе не имел и вовсе не приобретал этого. Далее, где, по твоему мнению, находится помещение идолов? Там, говорят, где вы их поместили. Если они находятся на прежних местах в идольских храмах, то этого никак нельзя ставить в вину христианам. Действительно на некоторых местах, где находились прежде демонские храмы, мы виднм покинутых древними идолов; они оставлены, полагаю, на память о той помпе, с какою приносили тут жертвы или даже для напоминания нам о нашем искуплении и для пробуждения в нас, при виде этих непрочных изображений, чувства благодарения. Из этих-то изображений, от которых мы избавлены, возник, говорят, культ христиан, хотя их и не возможно найти в христианских церквах. О скрывающееся тут лукавство! О гнуснейшее богохульство! Каким образом могло произойти там, где Христос есть глава и основание, как сказал мудрейший Павел? Значит мы напрасно обольщались надеждою на то, что мы христиане; значит мы были обольщены проповедниками, предсказывавшими нам, что явился в мире Бог, имеющий избавить нас от демонского обольщения. Каким образом клеветники наши могли даже помыслить это? Думающих так мы спросим: от чего это случилось? Вследствие ли попущения нашего главы, или же вследствие того, что хотя Он хотел, чтобы этого не случилось, но не мог оказать нам помощи? Разве это не явное богохульство? Если Святой Павел говорит правду, называя Христа Сыном Божиим, Божиею силою и премудростию; то каким образом, спрошу я, что бы то ни было из существующего могло одержать победу над непобедимою силою и премудростию Божиею, даровавшею всему бытие? Понятно, – если случилось это, то и все прочее уже не избежит таких же возражений: каким образом Он может до сих пор называться всемогущим Богом, могущественным и сильным Отцом, если то, что́ прежде было подчинено Его могуществу, уже подпало под власть врагов? Или еще: на каком условии Сын попустил, чтобы церковь снова раболепно служила таким жестоким и немилосердным духам, когда Он Сам обручил ее Себе Своею кровию и когда псалмопевец говорит: Яко по высоте небесней от земли, утвердил есть Господь милость Свою на боящихся Его (Псал. 102, 11)? – Если Он воплотился для того, чтобы избавить нас от них, как говорят пророческие изречения, а между тем мы не избавлены, как говорят еретики; то значит искупления не было; оно – мнимое, потому что в таком случае Господь послужил нам не источником радости, но причиною большего и жесточайшего рабства, сделав наших врагов тем свирепее, чем больше мы смеялись над ними, считая себя уже освобожденными от них. Но где же будет тогда иметь место беспредельное милосердие, которое Он обещал утвердить над ними по высоте небесней от земли? В чем же проявляется его беспредельность? Или еще: каким образом говорится, что Он удалил от нас беззакония наши так же далеко, как далеко отстоит восток от запада (чем изображается всецелое искупление), если мы и до сих пор привязаны к тем же заблуждениям? И медиков мы тогда только считаем весьма опытными, когда они оказывают (существенную) помощь посредством своей науки кому либо, находящемуся в постели и потерявшему свои телесные силы и возвращают ему прежнее его здоровье, когда они не на время только освобождают его от боли, чтобы затем сделать его предметом своих научных наблюдений, но когда течение жизни его делают вполне надежным и снабжают его предохранительными средствами на случай, если он по неопытности своей сделается снова жертвою тех же страданий. Точно также и здесь; если справедливо, как это уже доказано, что Единородный Сын Бога и Отца облекся в наше естество, то очевидно, что Он богато одарил Его собственными благами и наполнил Его особенными дарами Духа, чтобы затем оно более не имело уже нужды в ком либо другом, так как раз навсегда оно получило силу от Того, Кто восприял его Себе. Это, я думаю, внушает и блаженный евангелист, когда говорит, что во время крещения нашего Спасителя Христа Иоанн Креститель видел Духа Святого сходящего с небес и почившего на Нем; чем обозначалось, что Он естество (наше) обогатил всевозможными дарами. Что касается отношения (этого события) к собственному Его естеству, то конечно Он не имел нужды в сошествии Духа с небес, потому что Сам Он во всем равен Духу. Неужели святость Его могла увеличиться, когда Он в Себе Самом носит образ Отчий и всегда неизменно пребывает единосущным Духу? Нет! Дух предъизображал Собою ту благодать, которая имела излиться на нас; потому что чего мы лишились в Адаме, тем богато одарены были чрез Христа и во Христе, и к нам возвратилось прежнее богатство (даров нашей) природы. Итак если сказано, что благодать Духа сошла и пребыла на Нем, а отвергать, что Слово и после этого сохранило нашу природу, нельзя; то очевидно, что эта благодать перешла на весь род (человеческий). Как же после этого еретики утверждают, что мы поистине погрешили и идолам усвоили честь, которая должна быть воздаваема Богу? Мы обогащены благодатию (освобождающею нас от идолов) чрез Христа, следует сказать (в ответ) тем, которые предвосхищают все себе. Далее если бы они сказали, что мы чрез Христа (действительно) удостоились этих несказанных благ, но вслед за сим опять подверглись прежним заблуждениям, так на это следует ответить: значит, по их мнению, благодать, дарованная нам Духом, сделалась немощною, недостаточною и уже не остается до конца с теми, которые раз соделались участниками ея. И что может быть нечестивее или несчастнее такого мудрствования? Каким также образом может ощущать недостаток в естестве своем и подлежать каким либо ограничениям Тот, Кто весь правда и всем подает животворную силу, то есть всесозерцающий и всемогущий Дух Отчий? Или каким образом говорится: Аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Матф. 28, 20)? Но спасительный ли это – глас, если не видно, чтобы содержащееся в нем обетование исполнилось на самом деле? Ведь такое обетование дал Он находившимся тогда с Ним святым апостолам. Каким же образом они пребыли во плоти до скончания мира, когда они оставались живыми по возвращении Его на небеса лишь малое время и закончили жизнь смертию, умерши в силу общего закона природы? Но дар этого благовестия перешел на нас; мы подчинились их проповеди, и Христос, обитавший с ними во плоти, в течение всей нашей жизни пребывает с нами духовно. Итак в настоящем случае следует плакать о заблуждении еретиков, которые так презрительно отнеслись к этому, отрицают такие очевидные догматы, осмеивают божественные обетования, относящияся к кафолической церкви, нечестиво отвергая их; так как церковь никогда не отпадала от преданной ей веры, а пребывает, как сказано в писании, девою чистою, и сохраняет непорочным залог своего жениха Христа, то есть, дарованную ей благодать Духа. Потому и Давид, предвозвещая многим прежним народам непоколебимость дарованной ей веры, провозгласил: Бог посреде его и не подвижится (Псал. 45, 6), ибо утверди вселенную, яже не подвижится (Псал. 92, 1), то есть, и тогда, когда обуревают диавольские ковы. Хотя некоторые из древних н новейших еретиков и хотели сокрушить твердыню данного ей евангельского обетования, но на самом деле сами подверглись тому, что замышляли против нее; между тем как она одна сохранилась во веки непоколебимою, согласно обетованию Того, Кто неложно сказал ей: Еда забудет жена отроча свое, еже не помиловати исчадия чрева своего? аще же и забудет сих жена, но Аз не забуду тебе, глаголет Господь (Исаии 49, 15). Итак оставим в стороне те извороты, какие они употребляли в этом случае, и издалека раскланявшись с их пустыни речами, будем услаждать себя мудрыми мнениями святых отцов. – Все они доказывают нам, что Бог, пришедший в мир в человеческом виде, избавил нас от идольского заблуждения: так во всеуслышание провозглашают пророческие изречения, тоже изъяснила и апостольская благодать. Мы убедились в истинности этого учения не на основании доводов человеческой мудрости, но, как сказано в писании, явлением (силы) Духа. (1Кор. 2, 4). Верить этому нас побудила не убедительность слов их, – что свойственно язычникам, – но самая истинность того, что доказывается ими. И в самом деле, где губительное полчище демонов? Где бессмысленные и мерзкие идольские жертвоприношения? Где обольстительные и душевредные предсказания лженменных богов? Где шумные празднества в честь Венеры? Где священные мистерии Цереры? Где приношения в жертву иностранцев в честь Дианы? Где безумные празднества в честь Дионисия с непростительным безобразием мужчин? Где также человекоубийства, совершавшиеся богами под землею и на земле и в воздушном пространстве, чем они так услаждались? Не исчезло ли все это с пришествием единородного Сына Божия самым позорным образом? Не правда ли, что некогда посвященные им храмы теперь разрушены согласно императорским указам и обращены в прах? Не исчезла ли и память об них в сердцах всех христиан и не представляется ли это в следующем пророчестве, как факт уже совершившийся: наполнися вся земля ведения Господня, аки вода многа покры море (Исаии 11, 9)? Итак будем почитать Господа, явившегося и избавившего нас от жесточайшего заблуждения. Воспоем песнь безпредельному Его милосердию и провозгласим с высочайшей горы церковной страшное и неизреченное снисхождение Его домостроительства. Возвысим наши голоса и будем непрестанно возвещать непостижимое величие Его, повествуя о совершенном для нас благодеянии. Скажем и мы вместе с пророком: кто Бог якоже Ты, отъемляй беззакония, и оставляяй нечестия останком наследия Своего (Мих. 7, 18)? Составим хоры и воскликнем этому священному собранию: «радуйся». Итак радуйся священнейший и божественный собор! Радуйтесь священнейшие поборники святых отцов! Радуйся собрание, среди которого присутствует Бог, как сказано в Писании. Радуйся собор, преисполненный духовного просвещения; кто будет освещаться твоим светом, тот не преткнет духовных ног души своей о камень еретического и ложного суесловия. Радуйся созерцатель божественных изследований; кто скромно следует за тобою, тот освободится от грозящего ему меча; радуйся непрестанно цветущий рай, среди которого насаждено древо жизни. Радуйся золотой и огненный столп новому Израилю Божию; ты освобождаешь светлым учением догмаческим от руки египетской, то есть, от заблуждения еретиков и при помощи отеческого православия ведешь в землю обетования. Открыто проповедуй славу святой и кафолической церкви. Колеблющиеся умы назиданиями утверди на твердом камне благочестия.
(Радуйся) и ты избранный и священнейший проповедник – последователь святых отцов и председатель нынешнего нашего собора; ты украшаешь у нас, по милости Христа, высший престол; ты зеркало великого и первого пастыря, чистейшее вместилище Духа, вернейшие весы православных догматов, чистейший светильник указывающий правила к жизни во Христе; ты всецело блистаешь светом седмисвечника Возблистай нам светом яснейших и блистательнейших слов как бы из невидимого светильника священной кафедры. Раздели алчущим животворный хлеб божественного учения и напитай народ, заблудившийся в чужой земле еретического населения. Соделайся для нас новым Иосифом, раздаятелем хлеба; разъясни возникающие недоумения при чтении приточных мест Писания; напитай нас подробными духовными толкованиями. Воззри и виждь собравшихся пред тобою детей твоих, которые были разогнаны стаями волков Быстрым полетом ума твоего чаще предудреждай их и изгоняй твоею иремудростию. Постоянно внушай мир твоей пастве. Наградою тебе будут частые и громогласные молитвы к Богу, да соделается она многочисленною как звезды, согласно обетованиям, которые дарованы тебе в лице Авраама. – Радуйся также и ты, священный город Никея; имя твое достопамятно среди митрололий; тебе принадлежит преславное первенство между провинциями Вифинии. Прежде ты был освящен стопами трех сот восемнадцати святых и богоносных отцов, а теперь освящаешься стопами их преемников, составляющих также число триста с присовокуплением пятидесяти, не считая досточтимых иноков, которых было почти бесчисленное множество; ты окружен теми же благословениями и благодарностию. В тебе получило устойчивость и незыблемость основание православия, подвергшееся нападению диавольскому и находившееся в опасном положении, грозившем ниспровержением. В тебе оный божественный хор отцов, расставивши священные сети писания, уловил ими свирепого и неукротимого зверя, то есть, Ария, и поразил его страшными анафемами; мы научились проповедовать Сына Бога и Отца Господом и единосущным Отцу. Двоица благочестивых императоров, то есть Ирина, новая Елена, с сыном своим новым Константином, повелела собрать нынешний священнейший и многочисленный собор; да сохранит их на многая лета благодать Духа, блиставшая и тогда и ныне блистающая в святых отцах; да дарует им непоколебимое царство, а вражеские нации да повергнет под ноги (их), дабы обилие благ не иссякало у нас. Итак радуйся священное украшение митрополий; в тебе и прежде появилось начало благ и ныне (в тебе же) довершены они, то есть, восстановлено исконное предание относительно досточтимых икон кафолической церкви. – Ныне да радуется небо и облака да орошают правдою. Ныне средостение ограды разрушилось, уступив место объединению разъединенного и все четыре страны мира пришли к согласию и единомыслию. Ныне многие мнения, тянувшие в разные стороны, слились в одно и от одного конца земли до другого согласный гимн возносится к Богу. Радуйся и ты, разлившаяся по всему земному шару, кафолическая церковь; торжествуй и веселись о собрании детей своих; сними с себя разодранное рубище и оденься в неповрежденную тунику православия и единения. Ты уже не будешь предметом поругания для врагов своих, предметом глумления и насмешек для окружающих тебя народов. Ты уже не будешь бояться презрения человеческого, то есть, со стороны евреев и агарян, живущих без Бога и священного откровения. Уста еретиков уже не будут укорять тебя, будто бы ты отступила от единого Бога, так как оказываешь справедливейшую честь друзьям Его. Тебя уже не будут считать почитательницею храмов, подобных идольским, за то, что среди тебя воздвигнуты священнейшие иконы. Тебе, как невесте Царя веков, Сына и Слова Божия, в воспринятой Им по домостроительству плоти имеющего образ человеческий, прилично носить живописно сделанный человекообразный образ Его, чтобы видно было, что ты невеста царская. Прилично также, чтобы на священнейших стенах твоих находился живописный или мозаический образ Матери Христа, Который обручил тебя Себе; так как благодать, просиявшая на тебе чрез нее, будет покойно проповедоваться всем вообще народам. Если бы Он не воплотился от нее, то каким образом ты была бы соединена духовными узами с таким Женихом? Прилично тебе также иметь внутри себя живописно сделанные иконы и всех святых апостолов, пророков, исповедников, патриархов, святых отцов, также исповедников и мучеников, а равно и всего сонма благочестивых мужей; так как сама ты всем своим видом показываешь совершенство Востока, Который озарил тебя с высоты. Одни предвозвещали твое призвание и пророчествами своими как бы предобручали тебя жениху. Другие правили у тебя евангельское слово и собирали рассеянные по всей земле духовные овчарни твои. Иные потом и горячею приверженностию к догматам покупали стадам твоим невредимость. Иные проливали кровь свою, до самой смерти сохраняя деятельность свою незапятнанною и тем доказывали свою истинность. Поднося им вместе с десятками тысяч небесных ангелов венец и как можно более проповедуя об них, провозвещай добродетели Того, Кто призвал тебя из тьмы идольского заблуждения в чудный свой свет, то есть, к Себе Самому и Отцу безначальному, а равно и к совечному и единосущному Духу Своему, то есть, к единому превосходящему всякое начальство естеству, вере и исповеданию. Ему слава и власть ныне и во все веки веков. Аминь».