Предисловие (введение в проблематику)
Из Писания и Предания мы знаем, что Закон Моисея (ЗМ) отменён. На первый взгляд, людям легко понять слова об отмене закона. Что значит «отменён»? «Отменён» — значит, соблюдение заповедей закона больше не имеет значения, христиане не должны следовать предписаниям ЗМ. Но при рассмотрении заповедей ЗМ у человека может возникнуть серьёзное недоумение. Он видит заповеди двух видов: которые могут нарушаться, и которые не могут нарушаться. Например, отмена приношения десятины в Иерусалимский храм, конечно, разрешает не приносить её, но отмена запрета на богохульство, очевидно, никак не может разрешить богохульство.
Первый вид заповедей, отмена которых позволяет не исполнять требование заповеди:
обрезание;
субботний покой;
убивать за богохульство, за нарушение субботы и за прочие смертные грехи;
запрет прикасаться к умершим;
животные жертвоприношения;
приношение десятины в Иерусалимский храм;
празднование ветхозаветных праздников.
Второй вид заповедей, отмена которых не приводит к позволению противоположных действий:
любить Бога;
любить ближнего;
не богохульствовать;
не идолопоклонствовать;
не лжесвидетельствовать;
не допускать разврата, содомских грехов, всевозможных извращений;
не блудить;
не делать другому того, чего не желаешь себе.
Видя всё это, человек не может понять, что же тогда значит фраза «Закон Моисея отменён»? Чтобы помочь человеку выбраться из этого недоумения, некоторые предлагают разделять ЗМ на две части: обрядовые заповеди и нравственные заповеди. И поясняют: обрядовые отменены, а нравственные — нет.
У такого подхода есть проблемы:
Ни апостолы, ни древние святые отцы не разделяют ЗМ на части. Говоря об отмене ЗМ, они говорят вообще: мы умерли для ЗМ, больше не под руководством ЗМ.
Если Ветхий Завет (ВЗ) окончен, а ЗМ (условия нахождения в ВЗ) отменён, то как объяснить продолжение действия части ЗМ для христианина, который даже не вступал в ВЗ?
Нет чёткой границы между нравственными и обрядовыми заповедями. В итоге, человек смущается тем, что не исполняет какую-то заповедь ЗМ: «а вдруг я буду осуждён за то, что не исполнял чего-то важного»?
Еретики используют нечеткость границы разделения для ловли в свои ереси. Они двигают неявную границу между обрядовыми и нравственными заповедями, говоря, что надо соблюдать субботний покой, учат нести десятину в их карманы и грозят проклятием, хотя их карман никакого отношения к Иерусалимскому храму не имеет, приучают соблюдать отказ от нечистой пищи, выступая против икон, говорят про заповедь ЗМ, запрещающую изображать невидимого Бога в образе чего-либо видимого и т.д. Так они обвиняют Церковь в отступлении от Бога и предлагают скорее уходить в их секту, где будто бы все необходимые положения ЗМ соблюдаются.
Про нечеткость границы следует сказать подробнее:
Субботний покой — обрядовая заповедь или нравственная? Не побуждает ли он человека к нравственному совершенству в седьмой день?
Приносить десятину — обрядовая заповедь? Не располагает ли она сердце человека к жертве, милосердию и любви? Не является ли жертва помощью Церкви в проповеди, совершении богослужения?
Запрет изображений не ограждает ли от идолопоклонства (нравственного преступления)?
Убивать за смертные грехи — разве обрядовая заповедь? Не для сохранения ли нравственности в народе установлена эта заповедь?
Животные жертвоприношения разве не являются благодарностью Богу (нравственным поступком), которая принималась даже до ЗМ, от первых людей?
В общем, разделения ЗМ нет в Писании, его не делали древние святые отцы, предлагаемая граница разделения не имеет прочных оснований и неявна, люди смущаются, сектанты этим пользуются. Что же делать? Понимать отмену ЗМ так, как учат апостолы и святые отцы: весь Закон Моисея отменён, без разделения на части. Но как же быть с заповедями, которые очевидно нельзя нарушать?
Ответ прост: христианин должен следовать за Христом, а не за Законом Моисея. Закон Моисея действительно отменён весь. Так как Христос Бог и давал в Ветхом Завете заповеди, то их нравственная часть действительно часто пересекается с тем, как учил жить Христос, но христиане узнают об этом рассматривая не Закон Моисея, а образ Христа: Его жизнь и учение, которые сохраняются в Его Церкви. Например, Христос не богохульствовал, поэтому и христиане не должны богохульствовать. Следование за Христом и есть суть жизни христианина. То есть христианин исполняет заповедь не потому, что так велит буква Закон Моисея, а потому что уподобляется Господу и Богу Иисусу Христу:
«все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3:27)
«уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня» (Гал. 2:20; Рим. 8:10)
«Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос» (Гал. 4:19)
«Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Флп. 2:5)
«Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может. Ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его? А мы имеем ум Христов» (1Кор. 2:15-16)
«Посему умоляю вас: подражайте мне, как я Христу» (1Кор.4:16)
“Подражайте, братия, мне и смотрите на тех, которые поступают по образу, какой имеете в нас" (Флп. 3:17)
Христос обозначает такой же образ действий: видит Отца творящего и творит также:
«На это Иисус сказал: истинно, истинно говорю вам: Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего: ибо, что творит Он, то и Сын творит также» (Ин. 5:19)
Чтобы не сравнивать свою жизнь с буквой, а сравнивать с живым Богом, Бог становится подобным нам, даёт людям Себя и свою человеческую жизнь как видимый образ, устраняя закон заповедей учением:
«упразднив вражду Плотию Своею, а закон заповедей учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир» (Еф. 2:15)
"Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом" (Иер. 31:33)
"вы показываете собою, что вы - письмо Христово, через служение наше написанное не чернилами, но Духом Бога живаго, не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца" (2Кор. 3:3)
В итоге, христианин судится не по Закону Моисея, а по закону свободы:
«Так говорите и так поступайте, как имеющие быть судимы по закону свободы» (Иак. 2:12)
Когда христианин старается уподобляться Христу, то хотя он и не смотрит на Закон Моисея, но нравственные установления ЗМ могут пересекаться с образом жизни Христа. Причина этих совпадений не Закона, а сам Бог, ставший причиной как Закона, так и святости праведника. Не Закон является первопричиной, а Бог. Бог стал причиной Закона, и Бог же стал причиной святых, которые Богу уподобились, не нуждаясь в законе (1Тим. 1:9).
Подробнее обо всём этом пишет во II веке священномученик Ириней Лионский, цитата ниже.
Стоит сделать оговорку, что святые отцы, не живя по Закону Моисея, тем не менее составляли толкования на Писание, в том числе и на Закон Моисея. Рассмотрение Закона Моисея через призму церковного учения может принести пользу для человека, который только воцерковляется.
Закон свободы (закон Христа) более совершен, 1) строится на знании Христа и 2) требует большей ответственности, о которой говорит апостол:
«Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных» (1Кор. 8:9)
«К свободе призваны вы, братия, только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу» (Гал. 5:13)
Изучая Ветхий Завет и Закон Моисея, извлекая пользу, нужно понимать, что христианин следует за Христом и живёт не по Закону Моисея (не по зафиксированной инструкции), а по причине любви, уподобляется своему Творцу, изображает в себе Его образ, хранящийся в Его Церкви.
I век
Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский, священномученик (35-107)
"Ибо если мы доселе еще живем по закону иудейскому, то чрез это открыто признаемся, что мы не получили благодати" (ИгнАн_Мг. 24)
"Нелепо призывать Иисуса Христа, а жить по-иудейски; ибо не в иудейство уверовало христианство, напротив, иудейство в христианство, в котором соединились все языки, уверовавшие в Бога" (ИгнАн_Мг. 34)
Апостол Варнава (I век)
Итак не Божия ли заповедь, чтобы не есть некоторых животных? Конечно; но Моисей говорил в духовном смысле. Так говоря о свинье, он как бы так сказал: не прилепляйся к тем людям, которые подобны свиньям <…> «Не ешь, – сказано, – ни вьюна, ни полипа, ни каракатицы». – Это значит: не уподобляйся и не прилепляйся к таким людям, которые навсегда преданы нечестию, и осуждены на смерть; так как и те рыбы, одни из всех проклятые, ходят только во глубине, и не всплывают подобно прочим, но живут в земле под бездною. «И зайца, – сказано, – не ешь». В каком смысле? не будь срамником, и не уподобляйся таковым. Ибо в теле зайца каждогодно бывает перемена, противная естеству всех прочих животных. И гиены не ешь, сказано; это значит: не будь прелюбодеем, ни растлителем и не уподобляйся таковым. Почему? Потому что это животное ежегодно изменяет свою природу, и бывает то мужеского, то женского. По справедливости отверг Моисей и хоря. Не уподобляйся, говорит он, тем нечистым мужам, и не прилепляйся к тем нечистым женам, которые, как слышно, совершают беззаконие своими устами. Ибо это животное отступает от общих законов в зачатии плода <…> А на что указывают раздвоенные копыта? На то, что праведник ходит в этом мире, и ожидает другого святого века. Смотрите, какие прекрасные законы дал Моисей. Но как могут иудеи это понимать или разуметь? А мы, правильно понимая заповеди, говорим так, как угодно Господу. Он и обрезал уши и сердца наши для того, чтобы мы разумели это.
II век
Иустин Философ, мученик (~100-165)
Закон, данный на Хориве, есть уже ветхий закон и только для вас, иудеев, а тот, о котором я говорю, – для всех людей вообще; новый закон, положенный над законом, отменяет древнейший, и завет последующий подобным образом уничтожает прежний. Нам дарованы закон вечный и совершенный и завет верный, это – Христос, после которого нет более ни закона, ни постановления или заповеди. Не читал ли того, что говорит Исаия: «послушайте Меня, послушайте, люди Мои, и внемлите Мне, цари: от Меня выйдет закон и суд Мой во свет народов; приближается скоро правда Моя, и явится спасение Мое, и на мышцу Мою будут уповать народы». О том же новом завете Бог говорит чрез Иеремию: «вот придут дни, говорит Господь, и Я сделаю новый завет с домом Израилевым и с домом Иудиным, – не такой, какой положил Я с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской»
…
за грехи ваши и отцов ваших Бог для напоминания о них, как я прежде сказал, повелел вам и хранить субботу и возложил на вас другие заповеди
…
Далее, что за грехи народа вашего и за идолопоклонство Бог повелел также приносить жертвы, а не потому, чтобы они были нужны Ему
…
Итак, если обрезание началось с Авраама, а суббота, жертвы, приношения и праздники со времен Моисея, и доказано, что они установлены по жестокосердию вашего народа, то все это должно было прекратиться с пришествием Сына Божия, Христа.
…
все подобные заповеди даны вам Богом чрез Моисея по жестокосердию вашего народа для того, чтобы вы, чрез эти многочисленные постановления, во всяком деле имели всегда пред глазами своими Бога и не решались на беззаконные и нечестивые дела.
Ириней Лионский, священномученик (130-202)
люди будут жить не в многоглаголании закона, а в краткости (простоте) веры и любви, об этом Исаия говорит так: «Краткое и точное слово в праведности; ибо Бог совершит краткое слово по всей земле» (Ис 10.22–23). И поэтому апостол Павел говорит: «Любовь есть исполнение закона» (Рим 13.10); ибо кто любит Бога, тот исполнил закон. Так же и Господь, когда Его спросили, какая главная заповедь, ответил: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею крепостью твоею; и вторая подобна ей: возлюби ближняго твоего, как самого себя. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мк 12.30 сл.; Мф 22.37 сл.). Он посредством веры в Него развивает нашу любовь к Богу и ближнему, вследствие чего мы делаемся благочестивыми, и праведными, и добрыми; и поэтому (сказано): «Краткое слово Он совершил на земле, во вселенной».
<…>
Что Он не хочет возвращать искупленных к законодательству Моисея – ибо закон исполнен Христом – но что должно жить верой и любовью от (?) Сына Божия по новому существу этого слова, об этом Исаия возвещает следующим образом: «Не вспоминайте прежняго и не помышляйте о том, что некогда произошло. Воистину я совершаю нечто новое, что уже является, и вы узнаете его. И я создам реки в пустыне и в безводной степи, чтобы поить избранный народ Мой, народ, который я приобрел для Себя, чтобы он возвещал славу Мою» (Ис 43.19–21). Пустыней же и степью прежде было призвание язычников, ибо ни Слово не проходило через него и не поил его Святой Дух, Который проложил новый путь благочестия и праведности и источил обильные потоки, т. е. распространил на земле Святого Духа, как Он обещал через пророков в последние дни излить Духа на всю землю.
90. Таким образом, наше призвание – через обновление духа и не в нашем ветхом (существе), как пророчествовал Иеремия
<…>
Первое собрание (т. е. церковь) имело своим мужем именно закон.
<…>
После того, как этим призванием нам дана жизнь, и после того, как Бог веру Авраама в Него вновь привел к совершенству в нас, я думаю, мы не должны более возвращаться к первому законодательству. Ибо мы получили Господа закона, Сына Божия. И через веру в Него мы научаемся любить Бога от всего сердца и ближних, как самих себя. Любовь же к Богу далека от всякого греха и любовь к ближнему не причиняет ближнему зла (ср. Рим 13.10).
96. Поэтому мы не имеем нужды ни в каком законе в качестве воспитателя; вот, мы говорим с Отцом и стоим перед Ним лицом к лицу, сделавшись младенцами в злобе и укрепившись в праведности и благопристойности. Ибо закон не будет больше говорить: «не прелюбодействуй» тому, кому никогда более не приходят (на мысль) похотливые пожелания в отношении к чужой жене; и закон не будет больше говорить: «не убий» тому, кто удалил от себя всякий гнев и всякую вражду; не будет говорить: «не пожелай дома ближнего своего, ни вола его, ни осла его» тем, которые совершенно не заботятся о земных вещах, но собирают небесные плоды; и не будет говорить: «Око за око и зуб за зуб» (Исх 21.24) тому, кто никого не считает своим врагом, но всех своими ближними; поэтому он никогда не может простирать свои руки для отмщения. Нельзя требовать десятины от того, кто все свое имение приносит Богу и оставляет отца, мать и все свое родство и последует Слову Божию. И не заповедано проводить день в покое и досуге тому, кто каждый день соблюдает субботу, т. е. в храме Божием, который есть тело человека, совершает достойное служение Богу и всякий час творит правду. Ибо «Я милости хочу, а не жертвы, – говорит Он, – и боговедения, а не всесожжения» (Ос 6.6).
(Доказательство апостольской проповеди)
III век
Киприан Карфагенский, священномученик (~201-258)
CXIX. Тяжкое было иго закона, сброшенное нами, и легко иго Господне, которое мы взяли на себя
IV век
Лаодикийский Собор (360)
"О том, что христиане не должны иудействовать и в субботу оставлять дела. Но пусть работают в этот день, а в воскресенье, отдавая, как христиане, предпочтение этому дню, оставляют все дела, если только могут. Если же найдутся иудействующие, да будут анафема от Христа".
Макарий Великий, Египетский, преподобный (~300-391)
Иудеям дан был закон, написанный на каменных скрижалях; а нам даны законы духовные, написанные на плотяных скрижалях сердца. Ибо сказано: «дая законы Моя, в сердцах их, и на мыслях их напишу я» (Иер.31:33). И то все было упраздняемое и временное; ныне же действительно все совершается во внутреннем человеке; потому что завет внутри, и одним словом: «яже прилучахуся онем», все то состояло в образах, «писана же быша в научение нате» (1Кор.10:11). Бог предрек Аврааму будущее: «яко пресельно будет семя твое в земли не своей, и озлобят я, и поработят я лет четыреста» (Быт.15:13). И сие было также образом сени.
<…>
Под законом приносимы были в жертву животные бессловесные; и если не закалались, то приношения не были благоприятными. И теперь, если не закалается грех; то приношение неприятно Богу, и не есть истинное.
Иоанн Златоуст, святитель (~347-407)
«Итак, закон противен обетованиям Божиим?». Если в семени Авраамовом даны были благословения, а закон вводит проклятие, то он, конечно, противен обетованиям Божиим. Как же он разрешает это противоречие? Сначала просто отрицает сказанное, говоря: «Никак»; а потом и доказывает (отрицаемое), говоря так: «Ибо если бы дан был закон, могущий животворить, то подлинно праведность была бы от закона».
А эти слова имеют такой смысл: «Если бы мы, – говорит, – в законе имели надежду жизни, и если бы в его власти было наше спасение, то, может быть, и справедливо было бы то, что ты говоришь о законе; если же ты спасаешься верою, то, хотя бы закон подвергал всех и проклятию, ты никакого вреда не потерпишь после того, как явилась вера, от всего избавляющая. Если бы законом давалось обетование, то ты справедливо мог бы бояться, что, отпавши от закона, лишишься и оправдания; но если закон дан был для того, чтобы затворить всех, т. е., чтобы он обличил и обнаружил собственные прегрешения их, то он не только не препятствует тебе получить обетования, но даже содействует этому получению (так как располагает к поиску Спасителя и указывает на Христа — прим.)». Итак, указывая на это, он сказал: «но Писание всех заключило под грехом, дабы обетование верующим дано было по вере в Иисуса Христа» (Гал. 3:22).
Так как иудеи не сознавали своих грехов, а не сознавая, не желали и прощения их, то Бог и дал им закон, который открывал бы их раны, и чрез это побуждал их искать врача. Слово «заключил» значит – «обличил, и обличив, держал их в страхе». Видишь ли, что закон не только не противен обетованиям, но даже и дан был из-за обетований? Если бы закон присвоил себе дело и власть оправдания, тогда это было бы сказано справедливо; но если он служит другому и для другого все делал, то как он может быть противен обетованиям Божиим? Если бы не был дан закон, то все погрязли бы в беззакониях, и никто из иудеев не пожелал бы слушать Христа; теперь же, когда закон был дан, он приносил двоякую пользу: во-первых, руководил к посильной добродетели внимающих ему, а во-вторых, возбуждал в каждом сознание своих грехов, что особенно располагало их искать Сына (Божия). Итак, те, которые не верили закону, не верили для того, чтобы не знать своих грехов.
(Толкование на послание к Галатам)
«Ибо если я снова созидаю, что разрушил, то сам себя делаю преступником». Посмотри на благоразумие Павла. Иудеи хотели показать, что не соблюдающий закона есть преступник; а он говорит совершенно противное и показывает, что исполняющий закон есть преступник, и не только веры, но и самого закона, так как под словами «снова созидаю, что разрушил» он разумеет закон. А слова его имеют такой смысл: «Закон потерял свою силу, и мы подтвердили это тем, что, оставивши его, прибегли к спасению верою. Поэтому, если мы усиливаемся восстановить закон, то этим самым становимся преступниками, так как упорно хотим соблюдать то, что отменено самим Богом». Далее показывает и то, каким образом отменен закон. «Законом я умер для закона» (Гал. 2:19). Эти слова имеют двоякий смысл: или он говорит о законе благодати, потому что и благодать он обыкновенно называет законом, например, когда говорит: «закон Духа жизни… освободил меня» (Рим. 8:2), или же разумеет здесь великий закон, желая показать, что через этот же самый закон он умер закону, то есть: «Самый закон убедил меня больше не следовать ему. И если после этого буду следовать ему, то этим самым нарушу его». Как же и каким образом? Моисей, предсказывая о Христе, говорит: «Пророка воздвигнет вам Господь Бог из братьев ваших, как меня, – Его слушайте» (Втор. 18:15). Таким образом, те, которые не повинуются Христу, преступают закон
<…>
Сказав: «я сораспялся Христу», он указал на крещение, словами же «и уже не я живу», – на последующий затем образ жизни, которым умерщвляются наши уды. Что же значит: «живет во мне Христос»? «То, – говорит, – что я ничего не делаю, что не угодно Христу». Подобно тому как под смертью он разумеет не обыкновенную смерть, но смерть из-за грехов, точно также и под жизнью разумеет освобождение от них (грехов), потому что по Боге невозможно жить иначе, как умерши для греха. «И вот, как Христос претерпел смерть телесную, так и я смерть по отношению к греху. Умертвите, – говорит, – земные члены ваши, каковы суть блуд, нечистота, прелюбодеяние» (Кол. 3:5), и еще: «…ветхий наш человек распят» (Рим. 6:6), что совершилось в купели крещения. После этого, если ты будешь оставаться мертвым для греха, то будешь жить Богу, если же снова воскреснешь для греха, то ты потеряешь эту жизнь. Но Павел не таков, он оставался во всю жизнь мертвым (греху). «Итак, если я, – говорит он, – живу для Бога другою жизнью, чем какою жил в законе, и сделался мертв для закона, то ничего уже не могу исполнять из закона.
Смотри, как правильна его жизнь, и особенно подивись этой блаженной душе! Он не сказал – «жив я», но – «живет во мне Христос». Кто дерзнет оспаривать истину этих слов? В самом деле, так как он проявил совершенное послушание Христу, отказался от всего временного и все делал по воле Его, то и не сказал – «я живу для Христа», но, что гораздо важнее: «живет во мне Христос». Подобно тому, как грех, овладев человеком, сам живет в нем, направляя душу его по своему желанию, точно так же, если с умерщвлением греха человек делает благоугодное Христу, то такая жизнь является уже не жизнью человека, но живущего в нас, т. е. Действующего и управляющего (Христа).
(Толкование на послание к Галатам)
Итак, окончив здесь нравоучение, (апостол) возвращается к догматам и говорит: или не разумеете, бpaтиe? Ведущим бо закон глаголю (VII, 1). Так как он сказал, что мы умерли для греха, то доказывает здесь, что не только грех, но и закон не имеет уже над нами власти. А если закон не имеет власти, тем более грех. И желая сделать речь приятною, объясняет это примером, взятым из человеческой жизни. И кажется, что он говорит об одном, а предлагает два доказательства предмета, первое - то, что жена, по смерти мужа, не подлежит закону, касающемуся этого мужа, и ей не возбранено стать женою другого; а второе - то, что в настоящем случае не только муж умер, но и жена, так что можно пользоваться двойною свободою.
<…>
Умерый бо, говорит, свободися от греха (Рим. VI, 7). Следовательно, закон положен для живых, а на мертвых не простирается. Замечаешь ли, как он изобразил двоякую свободу?
<…>
Следовало бы сказать: таким образом, братья мои, закон не будет иметь над вами власти, так как он умер. Но он не сказал так, но в предыдущем намекнул на это, а в заключении, чтобы сделать свою речь не оскорбительной для иудеев, представляет жену уже умершею и говорит: темже, бpaтиe моя, и вы умросте закону (ст. 4). Если как то, так и другое обстоятельство дает одинаковую свободу, то что препятствует угождать закону, коль скоро это дело не приносит никакого вреда? Мужатая жена живу мужу привязана есть законом. Где теперь находятся клеветники закона? Пусть они услышат, как (апостол), находясь и в необходимости, не лишает его достоинства, но с уважением отзывается о его власти, говоря, что если закон жив, то иудей привязан к нему, и что являются прелюбодеями те, которые преступают и оставляют закон при жизни его; а если кто оставит его после смерти, то это нисколько не странно, потому что и у людей поступающий так не подлежит осуждению. Аще же умрет муж, разрешится от закона мужескаго.
Замечаешь ли, как этим примером он показывает, что закон умер? Но не в заключении он это высказывает. Живу сущу мужу прелюбодейца бывает жена. Смотри, как он настойчив в обвинениях нарушителей живого закона. Так как закон перестал существовать, то, без всякого опасения, можно заменить его верою, нимало этим его не оскорбляя. Живу бо сущу закону, говорит (апостол), прелюбодейца бывает жена, аще будет мужеви иному. Тем же, бpaтиe моя, и вы - следовало бы сказать: так как закон умер, вы не виновны в прелюбодеянии, вышедши за другого мужа; но апостол не сказал так, но как? - умросте закону. Если вы сделались мертвыми, то не находитесь под законом.
(Беседы на послание к римлянам)
Феодорит Кирский, блаженный (~386-457)
«Учениями странными» назвал Апостол учения, противные евангельским. Посему повелевает им пребывать в учении благодати и оставить наблюдения подзаконные. Ибо никто, говорил он, не получил от того пользы.
(Толкование на Послание к Евреям)
1Тим. 1:8 — Закон добр, если кто законно употребляет его:
Не закон порицаю, но худых учителей закона. Ибо знаю, что закон полезен для вознамерившихся соблюдать цель закона. Сие значат слова: «кто законно употребляет его», то есть если кто следует цели его. Цель же закона – привести нас к Владыке Христу, и по пришествии Его закон не имеет уже силы. Это сказал Апостол и в Послании к Галатам: «Аз бо законом закону умрох, да Богови жив буду» (Гал.2:19). Ибо, закону же повинуясь, говорит Апостол, не храню я закона.
(Толкование на 1-е послание к Тимофею)
Ефрем Сирин, преподобный (~306-373)
1Тим. 1:8 — Закон добр, если кто законно употребляет его:
А мы знаем, что добр закон, если кто им законно пользуется, то есть если кто знает время его (которое было для него назначено) и разумеет истинные тайны, в прообразах его начертанные.
(Толкование на 1-е послание к Тимофею)
VIII век
Иоанн Дамаскин, преподобный (2-я пол. VII в. – до 754)
Бог, зная как грубость, так и преданность плотским удовольствиям, и вообще склонность израильского народа к веществу, а вместе с тем и нерассудительность, [дал этот закон]: во-первых, да почиет раб и осел (Втор. 5, 14), как написано; так как муж праведный милует души скотов своих (Притч. 12, 10); а также вместе и для того, чтобы, наслаждаясь покоем от заботы о веществе, они входили в соединение с Богом, проводя весь седьмой день во псалмех и пениих и песнех духовных (Еф. 5, 19), и занятии божественными Писаниями, и в Боге отдыхая. Ибо, когда не было закона, не было богодухновенного Писания, то и суббота не была посвящена Богу. Когда же через Моисея было дано богодухновенное Писание, то суббота была посвящена Богу, для того чтобы во время нее подумали и занялись этим [т.е. Писанием] те, которые не посвящают Богу всей своей жизни, которые не служат Господу, как Отцу, из любви, но как неблагодарные рабы; чтобы они отделяли для Бога хотя бы малую и незначительную часть своей жизни, и эту вследствие страха перед наказаниями и порицаниями, бывающими за нарушение. Яко праведнику закон не лежит, но неправедному (1Тим. 1, 9). Ибо прежде всех Моисей, в посте безотлучно пребыв с Богом в течение сорока дней и опять других сорока (см. Исх. 24, 18; 34, 28), несомненно изнурял себя постом и в субботы, хотя закон повелевал не изнурять самих себя в день субботы. Если же говорили бы, что это было прежде закона, то что они скажут об Илии Фесвитянине, который, однажды вкусив пищи, совершил путь сорока дней (см. 3Цар. 19, 8)? Ибо он, истощив себя не только постом, но и путешествием в субботы этих сорока дней, нарушил субботу; и Бог, давший закон, не разгневался на него, но даже как бы в награду за подвиг добродетели, явился ему на Хориве. А что они скажут о Данииле? Не провел ли он без пищи трех седмиц (см. Дан. 10, 2–3)? А что весь Израиль, не обрезывает ли он младенца в субботу, если она случится в восьмой день [по рождении последнего] (см. Лев. 12, 3)? А также разве они не соблюдают великого поста, относительно которого им дан закон, если он случится в Субботу (см. Лев. 23, 27)? А также священники и левиты не оскверняют ли субботы делами при скинии, и не суть ли неповинны (Мф. 12, 5)? Но даже если в субботу попадет в ров домашний скот, то извлекший – не виновен, а не позаботившийся – достоин осуждения. Что же – весь Израиль, не обходили ли они Иерихонских стен, нося вокруг них кивот Божий семь дней, в числе которых непременно была и Cуббота (см. Нав. 6)?
Итак, как я говорил, для препровождения времени с Богом, чтобы они уделяли Ему хотя бы весьма незначительную часть и успокоились – как раб, так и подъяремный скот, было придумано соблюдение Cубботы для тех, которые были млади, и для порабощенных под стихиями мира (см. Гал. 4, 3) для плотяных и не могших ничего понять выше тела и буквы. Егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего Единородного, рождаемого от жены в образе человека, бываема под законом, да подзаконныя искупит, да всыновление восприимем (Гал. 4, 4–5). Ибо нам, которые приняли Его, даде область чадом Божиим быти, верующим в имя Него (Ин. 1, 12); так что мы более не рабы, но сыновья (см. Гал. 4, 7), более не под законом, но под благодатью уже не отчасти только и из страха служим Господу, но должны посвящать Ему все время жизни, и всегда доставляем покой от греха рабу, то есть гневу и похоти, и повелеваем посвящать свой досуг Богу, всегда к Богу простирая всякое свое желание, гнев же свой вооружая против врагов Божиих; и подъяремное животное, то есть тело, подобным образом, с одной стороны, успокаивая от рабства греху, а с другой, заставляя ревностно служить Божественным заповедям.
Духовный закон Христов повелевает нам это, и те, которые соблюдают его, делаются высшими Моисеева закона. Ибо когда пришло совершенное, еже от части упразднилось (1Кор. 13, 10), и когда покрывало закона или завеса была разодрана через распятие Спасителя, и когда Дух воссиял огненными языками, то буква была отвергнута, телесное прекратилось, и закон рабства окончился, и закон свободы нам дарован. И мы празднуем совершенное успокоение человеческого естества; говорю же я о дне воскресения, в который Господь Иисус, Виновник жизни и Спаситель, ввел нас в обладание уделом, обещанное тем, которые служат Богу духовно, куда Сам вошел нашим Предтечею, после того как воскрес из мертвых, и после того как были открыты Ему небесные врата, Он сел телесным образом одесную Отца, куда войдут и те, которые соблюдают духовный закон.
(Точное изложение Православной веры, Глава 23 (96). Против иудеев, о субботе)
VII Вселенский Собор (787)
Поскольку некоторые, держащиеся еврейского заблуждения, задумали насмеяться над Христом Богом нашим: притворно становятся христианами, а втайне отвергают Христа, скрытно соблюдают субботы и другие иудейские обычаи, то определяем не принимать таковых ни в общение, ни для молитвы, ни в Церковь, но пусть будет явно, что они по своей вере евреи, и детей их не крестить, и раба пусть не покупают и не приобретают. Если же кто-то из них обратится с искренней верой и исповедует ее от всего сердца, разоблачая их обычаи и дела, чтобы и других евреев обличить и исправить, этого принимать и детей его крестить и укреплять их в отречении от еврейского образа жизни; если же они не так обращаются, ни в коем случае их не принимать.
XIX век
Феофан Затворник, святитель (1815-1894)
Этим стихом ничего не прибавляется к выраженной мысли, а только дается пояснительный пример стихийного служения, рабства стихиям.
Дни смотряете - наблюдаете религиозно дни, например субботу, месяцы - новомесячие, времена - многодневные праздники, какова Пасха, потчение сеней, кои тоже напоминают и времена года,- лета, год субботный или юбилей пятидесятилетний.
Почему коснулся Апостол только времен, религиозно чтимых, а не другого чего? Или потому, что этими временами определяется и все прочее; так что, сказавши это, Апостол сказал как бы: наблюдаете дни и конечно все сопряженное с чествованием их, то есть весь закон. Или потому, что галаты, склоняясь к иудейству, начали только пока наблюдать дни, не касаясь прочего. Этими словами определяется мера совращения, в чем успели уже совратители. Обрезание еще не принято; недостало у галатов смелости принять что-либо и другое. Наблюдение же времен не представляло больших затруднений. Оно и принято. Хотя галаты успели, может быть, оказать религиозное чествование по-иудейски только к субботам и новомесячиям или другому какому подошедшему празднику; но Апостол перечисляет уже весь круг религиозно чтимых иудейских времен.
Блаженный Иероним спрашивает при сем: но как же и у христиан есть свои дни, кои они чтут,- что же? И они подлежат тому же укору? И отвечает: у христиан все духовно, и все совершается в духе свободы.
Прибавим к этому, что не дни только религиозно чтимые есть у христиан, но и свои священнодействия, свои и лица священные и свои места богослужебные. И все сюда относящееся определено уставом. Не есть ли это связа, узы, рабство? Все это есть у христиан, потому что без внешнего нельзя быть в выражениях наших благоговейных к Богу отношений; один ли кто изливает пред Богом душу свою, или многие собираются для сего в одно место - храмы. И святой апостол Павел отвергал все внешние иудейские учреждения не ради того, что внешнего ничего уже не нужно в христианстве, но ради того, что иудейская внешность уже не соответствовала духу новой во Христе веры, почему и должна была быть отвергнута. Святой Павел, как и все Апостолы, отвергая иудейское стихийное богослужение, заводил всюду свое христианское, - служение словесное, разумное, духовное. Предначертание всего внешнего нашего чина дано Апостолами; подробности определились впоследствии: время освятило их. Вот и устав!
Но все же это связа; где же свобода христианская? Она тут. Устав хоть и определяет: так и так действуй, но не говорит, что, исполнив все по писанному, ты справил дело, и довольно. Напротив, предписывает входить в дух уставленного, чтоб действовать из духа, как бы от себя, самоумно, самоохотно и, следовательно, свободно. Внешнее действование одно, точно, связа и узы; но когда то, для чего установлено это действование, воспринято умом и сердцем, тогда действование перестает быть связывающим,— оно свободно развивается из духа. И вся наша христианская внешность изошла из духа. Иудейство шло от внешнего к внутреннему. Христианство исходит извнутрь и облекается в благолепную внешность, как полное жизни растение одевается листьями и цветами. То, что все это установилось в определенную форму, не мешает тому быть во всяком месте и во всяком лице живым, исходящим из духа, свободным. Надо только держаться одного закона: входи в дух уставленного, сродняй его с умом и сердцем, и, всегда исполняя его, будешь действовать из себя свободно, не чувствуя никакой связы внешностию.
Так устав не вяжет свободы христианской, обязывая исполнять все уставное в духе. Но он не вяжет потому, что в христианских внешних чинопоследованиях ничего нет такого, о чем, как об иудейских чинах, можно было бы сказать: не коснися, ниже вкуси, ниже осяжи, исключая неизменной формы семи Божественных таинств. Мы имеем внешнее, потому что без внешнего нельзя нам быть, как людям. Чтим благоговейно установившиеся внешние чины ради того, что они освящены древностию и свое достоинство или целесообразность засвидетельствовали тем, что образовали и препроводили в небесные селения столькие сонмы святых. Но при этом установившиеся у нас чины не такого рода, чтоб Церковь была ими связана, как узами рабства, и ничего в них не могла ни изменить, ни отменить. Церковь, христианство, в отношении к ним, совершенно свободна, и, если найдет, что что-нибудь перестало быть полезным, она может то или совсем отменить, или заменить новым, равно как ввести вновь, чего нет, но что она признает нужным. И кто стал бы утверждать, что наши чины совершенно неприкосновенны, кроме образа совершения таинств, тот впал бы в иудейство с его: не коснися. Церковь Божия всегда пользовалась и пользуется такою свободою; только не так, что ныне одно, завтра другое.
Благоговейно, со страхом и трепетом должно быть совершаемо всякое действие уставное,- чтение, пение, движение, но не поколику таковое действие,- на месте его может быть и другое,- а поколику оно обращается к Богу. Творящий же дело Божие с небрежением проклят. Кто стал бы утверждать, что страх и трепет должны относиться к самым действиям, и совершать их в этом духе, тот обнаружил бы в себе иудействующий дух.
Благоговейно совершая уставные чины, веруем, что привлекаем Божие на нас призрение, Божие к нам благоволение; но не потому, что совершили такой именно чин: не в чине - сила, а в сыновнем, полном веры и преданности Богу возношении, при том, ума и сердца. Кто стал бы самым чинам, поколику таковым, кроме Божественных таинств, приписывать особую силу, тот стал бы иудействовать.
Иным желательно (есть секты такие) обнажить христианство от всякой внешности; и желание это они думают оправдать учением апостола Павла о ненужности закона иудейского для христиан. Они не обратили должного внимания на то, что тот же святой Павел, отстранявший все чины иудейские, везде заводил свои христианские. Им представляется, что мало-мало что внешнее, то уже и иудейство, и они вопят: иудейство, заслуга! А того понять не хотят, что не в том иудейство, что есть внешнее, но в том, что это внешнее совершается и чтится по-иудейски.
Сами они мечтают, будто разоблачились от всего внешнего и служат Богу духом, чисто по-христиански. Между тем, обращаясь к Богу, принимают известную позу и особую речь ведут к Богу. Что это, как не чин? Чин, только самочинный. Таким мудрецам нельзя иметь общих собраний: они и не признают их нужными и понятия о Церкви Божией, как о едином теле, не могут вместить Замечательно, что они и лба не перекрестят никогда. Не очевидно ли, что дух, учащий их и в них живущий, боится креста, сокрушившего всю силу вражию.
Без внешних чинов нам, временно пространственным, быть нельзя. И у Ангелов есть свои чины. И в будущем веке будут свои. И на всё в них свое время, место и порядок. Только в духе служение Богу может и должно быть непрерывно, не ограничиваясь ни временем, ни местом, ни положением.
(Послание святого апостола Павла к Галатам, истолкованное святителем Феофаном)
Толкование на: 1Тим. 1:8 — Закон добр, если кто законно употребляет его.
Апостол будто смягчает предыдущий укор выставляющим значение закона, что они не знают, что делают: уступаю, что: закон добр. Но тут же прибавляет такое условие, которое сильно отнять всякое дерзновение у выступающих с учением о силе закона: если кто законно употребляет его, χρηται — пользуется им законно, то есть в духе самого закона, по внутреннему его смыслу и значению. Я знаю, - говорит, - что закон хорош; но вы нехорошо учите о нем. Вы выставляете значение его безусловно, а оно подлежит условию: если. Разбери теперь это условие и найдешь, что исполнение его должно вести к узрению престания закона. Закон — пестун во Христа — он тень, тело же Христос. Следуй сему пестуну, иди по сей тени — и дойдешь до Христа, обетованного Избавителя. Пока не приходил Христос, вы все были под пестунством, шли по тени; а когда пришел Христос, пестунству конец, и тень должна быть оставлена позади. А вы все твердите: закон, закон. Следовательно, вы незаконно им пользуетесь, употребляете его не по значению и духу его; почему не знаете, что говорите.
(Толкование на 1-е послание к Тимофею)
Комментарии
1Кор.14:34 — пускай молчат, как и Закон велит
Св. Иоанн Златоуст говорит, что апостол сам устанавливает этот закон для церквей. При этом, чтобы заградить уста тем, кто захотел бы спорить, ссылается «притом» (то есть вдобавок) на закон, но не на Закон Моисея, а на закон, который дал Бог в Быт. 3:16:
Иоанн Златоуст, святитель
Обличив беспорядок, происходивший от языков и от пророчеств, и поставив законом, чтобы не было смятения, чтобы говорящие языками делали это порознь, а из пророчествующих один молчал бы, когда начнет другой, (апостол) переходит далее к беспорядку, производимому женщинами, пресекает неуместное их дерзновение, – и весьма благовременно. Если имеющим дарования не позволительно говорить без порядка и когда они захотят, хотя ими руководит Дух, то тем более (не позволительно) женщинам пустословить напрасно и без пользы. Потому он с великой властью удерживает их от пустословия, ссылается притом на закон, и таким образом заграждает уста их. Здесь он не только увещевает и советует, но и повелевает с силой, приводя о том древний закон. А именно, сказав: «жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит». Где говорит об этом закон? «К мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (Быт.3:16).
(Беседы на 1-е послание к Коринфянам, беседа 37)
За свт. Иоанном Златоустом повторяют свв. Феодорит Кирский, Феофилакт Болгарский, Феофан Затворник.
Рим.13:10 — Любовь — исполнение Закона
Здесь апостол говорит от обратного: не тот, кто исполняет Закон — тот любит, а кто любит — тот исполняет Закон. Таким образом, любовь (даже для не знающих Закона) есть исполнение Закона. Потому что Закон Моисея основан на этом, исходит из любви.
«Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя. Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона» (Рим. 13:8-10)
Такое понимание предлагает свщмч. Ириней Лионский, объясняя подробно, что Сам Христос (стремление к Его изображению в нас) и вера в Него приводит нас к любви. И он как раз ссылается на Рим 13:10. Говорит, что мы не имеем нужды в Законе в качестве воспитателя и указывает ненужность для христиан даже нравственных заповедей: не изменяй, не убивай, не завидуй и так далее.
Гал. 3:21 — Закон не противен обетованиям Божьим
Святые отцы пишут, что обетования Аврааму касались благословений, а Закон Моисея обещает наоборот проклятия. Неужели Закон противен обетованиям Аврааму? Нет, потому что Закон был дан как средство поиска обетований. Грешные люди должны были посредством Закона понимать, что они грешные и искать избавление от греха, то есть искать Спасителя. А не было бы Закона, они не стали бы и слушать Христа. То есть опять-таки, Закон готовил их ко Христу.
Гал. 3:13 — искупил от клятвы Закона
Здесь же как раз говорится о том, почему обетования Аврааму (благословения) не противны Закону Моисея (обещающему проклятия). Ответ: потому что Бог искупил от клятвы.
Гал. 2:21 — не отвергаю благодати Божьей. А если Законом оправдание, то Христос напрасно умер.
Здесь говорится у святых отцов, что Закон утратил силу. И далее у свт. Иоанна Златоуста показывается, что мы смотрим на Христа и следуем за Ним, то есть та же мысль, что и у св. Иринея Лионского. См. выше цитаты.